Претензия на претензию

Коммерческий директор АО «Канефтегазмаш» прислала в редакцию Ratel.rz свои комментарии

* Директорская претензия

* Черный нал

* Ничего не знаю, но все равно против

* Сами мы не местные...

* Медвежья услуга

* Слово серебро, молчание - золото

На снимке: Искандер Мусин.

Директорская претензия

Коммерческий директор Петропавловского АО «Казнефтегазмаш» Жаныл САТЫБАЛДИЕВА прислала в редакцию Ratel.kz комментарий на публикацию «Как олигарх Еркын АМИРХАНОВ ренегата наказал».

Напомним, речь в ней шла о  данном  свыше указании бывшему генеральному директору этого АО Искандеру МУСИНУ о незаконном выводе из оборота предприятия налички с целью передачи ее акционерам.

Для этого заключались фиктивные договоры  с различными предприятиями об оказании АО «Казнефтегазмаш» транспортных услуг.

Сначала этим занимался заместитель гендиректора Андрей ЛУКЬЯНОВ, забирая перечисленные этим предприятиям деньги наличкой, за вычетом 6.5 процентов.

А когда он надолго заболел, этим вынужден был заниматься сам Искандер Мусин.

Черный нал для акционеров

Деньги для дальнейшей передачи их акционерам, согласно имеющимся в деле расходным ордерам, передавались директору ТОО, владеющему 33 процентами акций АО «Казнефтегазмаш», Есенжану ОРЖАНОВУ и его заму Дамиру АМЕРХАНОВУ.

В 2014 году гендиректор Искандер Мусин уволился по собственному желанию, опасаясь плохих последствий от такой стороны деятельности предприятия.

И вскоре против него было возбуждено уголовное дело по хищению им из АО 481 миллиона тенге.

По словам Искандера Мусина, сделано это было по инициативе финансового олигарха Еркына АМИРХАНОВА, который к тому времени владел 67 процентами акций предприятия и захотел наказать его за отступничество и вызванный им сбой в добыче «черного» нала.

Ничего не знаю, но все равно против

Между тем, в комментариях коммерческого директора АО «Казнефтегазмаш» Жаныл Сатыбалдиевой, которые она предложила редакции аналитического интернет-портала Ratel.kz опубликовать, нет никакой конкретики.

Нет указаний на не соответствующие действительности сведения,изложенные в нашей публикации. 

Нет уличения автора публикации во лжи или подтасовках. Есть только общие фразы, написанные весьма мудреным языком.

Например, вот такие: «АО «Казнефтегазмаш» обращает внимание читателей и редакции интернет-ресурса www.ratel.kz, что в статье представлена односторонняя версия событий вокруг уголовного дела, исключительно с подачи Мусина И.А, бывшего генерального директора компании».

Что такое эта самая «одностороння версия вокруг уголовного дела», знает, похоже, только сама Жаныл Багашаровна. Потому как публикация писалась исключительно на основании документов, материалов уголовного дела и показаний свидетелей.

Сами мы не местные...

Чтобы добиться хоть какой-нибудь конкретики в этой, по сути дела, претензии, я дозвонился до  коммерческого директора АО «Казнгефтегазмаш»  Жаныл Сатыбалдиевой. Попросил ее ответить на ряд вопросов, касающихся этой странной истории.

В частности, попросил прокомментировать  показания главного бухгалтера АО «Казнефтегазмаш» Елены ЗАГРЕБЕЛЬНОЙ, данные ею во время следствия.

Например,  о том, что все отчеты по этой «левой» наличке проходили в графе «ТС» и включались в ежегодный отчет для акционеров. И что все денежные средства перечислялись только с личного одобрения Еркына Амирханова, а все другие акционеры прекрасно знали об этих операциях.

 И получил вот такой ответ:

- Хм... Вы знаете, но ведь сейчас это всего лишь только ее слова. И даже сказанные не в суде, а всего лишь во время предварительного расследования...

- Но позвольте, это же не просто слова, это ее официальные показания, данные во время следствия, после того, как она расписалась, что ознакомлена с ответственностью за дачу ложных показаний!

- Ну, это ведь все равно просто ее слова... Я не могу сейчас это комментировать, пока идет все это разбирательство. По факту ничего не подтверждено, подтверждается все только в суде...

- А как вы можете прокомментировать наличие расходных ордеров  с подтвержденными экспертизой подписями Амерханова и Оржанова, согласно которым они, по показаниям Мусина, получали эту «левую» наличку для передачи ее остальным акционерам?

- Здесь я тоже ничего не могу сказать, потому что, честно говоря, я человек здесь новый, работаю в АО «Казнефтегазмаш» только  с февраля этого года...

- Скажите, в результате  какого пожара или стихийного бедствия в АО «Казнефтегазмаш» вдруг исчезли все документы с подписямиАмерханова и Оржанова? При условии, что вы обязаны были хранить эти документы в течение пяти лет? В частности, протоколы собраний, где Оржанов проходил, как член совета директоров. И потому имел полное право давать указания гендиректору Мусину, что полностью противоречит постановлению прокурора Петропавловска о прекращении уголовного дела в отношении Оржанова. При этом у самого Мусина эти протоколы сохранились.

- Я не могу ответить на этот вопрос...

- А как вы можете прокомментировать электронное письмо нового гендиректора АО «Казнефтегазмаш»  Айжан ЖАКИНОЙ, отправленное ею Мусину уже во время следствия. В нем она просила его пояснить некоторые суммы в графе  «ТС». И это недвусмысленно свидетельствовало о том, что ей  было хорошо известно, что «левая»  наличка проходила в «черных» бухгалтерских отчетах, которые потом представлялись акционерам.

-  Вы понимаете,  насколько все это достоверно и правильно, станет ясным только после решения суда... Здесь же в чем вопрос? Я все равно не смогу ответить на ваши вопросы, потому что я здесь человек новый. Но даже как простой обыватель, глядя со стороны, я вижу, что ваша версия изложена только со стороны человека, который подозревается  в хищении денежных средств...

Медвежья услуга

Зря, наверное, кто-то из руководства АО «Казнефтегазмаш» поручил  коммерческому директору Жаныл Сатыбалдиевой обратиться в редакцию со своими комментариями.

На мой вопрос, что она может возразить по поводу сведений, изложенных в публикации, если она была написана на основе документов и зафиксированных показаний, она ответила так:

- Откуда вы взяли эти документы? Из решения суда, из прокуратуры? Они не имеют права вам давать документы, пока нет решения суда! Ведь следствие еще идет, а потом суд что-то подтверждает, что-то не подтверждает...

Хотя следствие, вообще-то, уже закончено. И Искандеру Мусину было предписано следователем  за два дня ознакомиться с 27 томами уголовного дела, что он тут же и обжаловал. Но Сатыбалдиевой  об этом, похоже, ничего не было известно:

- Высшим органом, который может поставить точку, виноват человек или не виноват,  это суд, это высшая инстанция.

-  Но ведь никто и не пытается предугадывать решение будущего суда, если это уголовное дело до него дойдет. Есть, например, простой вопрос -  прокурор Петропавловска прекратил уголовное дело в отношении Оржанова по тем основаниям, что тот якобы не имел никаких полномочий давать Мусину какие либо указания. Но при этом, согласно сохранившимся у Мусина протоколам собраний, Оржанов на тот период являлся членом совета директоров вашего АО и имел все необходимые полномочия! Так при чем же здесь будущий суд, если враньевылазит наружу уже сейчас?

- Ну, это может быть расхождение в годах... Кто в какие года кем был и на что имел право, никто не знает. Я все понимаю, но сейчас, на этом этапе, когда еще нет решения суда, как можно однобоко высвечивать ситуацию...

- Хорошо. Но ведь можно отталкиваться от тех документов, которые уже подписаны и существуют в природе? Например, медиативное соглашение, подписанное вашей компанией с Оржановым и Амерхановым. В нем они признают свою вину и нанесенный ими компании ущерб. А ваше АО,  в свою очередь, при наличии 800 миллионов тенге долга, в том числе 133 миллионов долга по налогам, почему-то прощает им все суммы нанесенного ими ущерба и решает с ними примириться. Как вы,  пребывая в должности коммерческого директора, можете прокомментировать такую невероятную доброту и широту души руководства компании?

- Ха-ха.ну, здесь точно без комментариев, потому что это решение было не в моей компетенции. Я же заместитель генерального директора по коммерции, это контракты, объемы, но никак не расследование ситуации с Мусиным. А свой комментарий я написала из соображений, что дело не просто в Амирханове, это же АО «Казнефтегазмаш»! И все ваши нападки аукаются на имя нашего завода! А я, как коммерческий директор, я же хожу, я же должна объемы производства поддерживать! У нас на заводе столько людей, а тут такая грязь льется! И это все отражается на нашем имидже...

Слово - серебро, молчание - золото

Во время этого диалога у меня сложилось стойкое впечатление, что лучше бы коммерческий директор АО «Казнефтегазмаш» Жаныл Сатыбалдиева вовсе отказалась отвечать на мои вопросы. Потому как ее ответы вряд ли могли положительно сказаться на имидже руководства этого предприятия.

Например, следующие:

- В публикации производственная деятельность вашего предприятия, как и его рабочие, никак не затрагивались.  Я задал простой вопрос - почему ваше АО, имея огромные долги, вдруг решило в медиативном соглашении простить Амерханову и Оржанову огромный ущерб, в нанесении которого они признались?

- Ха-ха. Я не принимаю участия в принятии решений подобных вопросов. Меня интересует только имидж завода, потому что мне завтра работать с клиентами, а все это отражается на нашем предприятии. А у нас все-таки завод, объем производства надо поддерживать... И мало ли какие показания давала главный бухгалтер, она тоже заинтересованное лицо...

На вопрос, какие сведения, изложенные в публикации, не соответствуют действительности, коммерческий директор АО «Казнефтегазмаш» ответила бескомпромиссно, но опять без какой-либо конкретики:

- Практически все! Я не могу комментировать, и нет у меня таких полномочий - комментировать. Честно говоря, я написала свое письмо с комментариями исключительно в целях недопускания навредить имиджу нашего предприятия!

После беседы с этим человеком, который абсолютно не знаком с ситуацией, но берется о ней судить и писать свои комментарии с предложением их опубликовать, осталось весьма тягостное впечатление.